© ООО «Текст», 2018
e-mail: text@textpubl.ru





Уважаемые авторы! 
В связи с переполненностью редакционного портфеля издательство "Текст" до конца 2018 года прекратило принимать рукописи от авторов. 
Сожалеем и до скорых встреч!
Серии издательства
"Билингва"
"Квадрат"
"Искусство..."
"Коллекция"
"Краткий курс"
"Открытая книга"
"Проза еврейской жизни"
"Чейсовская коллекция"
"Классика"
"Ильфиада"
"Детская книга"
Вне серии





.

поиск >>
рецензии
контакты

«ТЕКСТ» — самое старое из новых издательств. Основано в 1988 году. Мы отдаем предпочтение добротным книгам, написанным в разное время, но по разным причинам так и не дошедшим до российских читателей. Мы не ограничиваем себя жанрами, а лишь стараемся, чтобы среди наших книг не было серых, или, как теперь говорят, «никаких». Вот, собственно, и вся наша издательская политика. Эта нехитрая затея — издавать те книги, что нам самим по душе, — нам до сих пор нравится. Нашим читателям вроде бы тоже.

Дорон, Лиззи
События
Автор на языке оригинала: Lizzie Doron

Книги:


Лиззи Дорон родилась в Израиле. Ее детство прошло в одном из районов Тель-Авива, в месте со своеобразной субкультурой: среди людей, переживших Холокост. Осколки погибших семей, они жили в молодом государстве, но существовали в  призрачном мире воспоминаний. Эти люди создали новые семьи, в которых, как правило, было по одному ребенку. Их всячески оберегали, ограничивая их мир только сообществом квартала. Иногда беспокойство их родителей больше напоминало паранойю. Так, все дети были блондинами, потому что в их шампунь добавлял перекись водорода. Родители надеялись, что, если придут немцы, это поможет выдать детей за неевреев. До начала обучения в школе Лиззи  почти не слышала иврита, ее мама и соседи говорили на смеси европейских языков и идиш... Первые несколько месяцев обучения в классе рядом с каждым ребенком сидел один из родителей – они не доверяли учительнице-израильтянке... Девочка не знала имен некоторых своих соседей, но до сих пор помнит их лагерные номера – татуировки.

В тихом тель-авивском квартале Вторая мировая война так и не закончилась. Не закончилась она и в семье Лиззи... Ее отец  был все время болен, лежал в больнице. Он умер, когда девочке было 8 лет. Мать воспитывала Лиззи одна. И, наверное, это воспитание можно назвать странным. День рождения матери никогда не праздновали.  Достаточно было дня рождения Лиззи, которой мать говорила: «Тебе запрещено умирать, потому что в нашей семье все умирали. Я тоже умерла, но я осталась здесь, чтобы ты выросла». Иногда женщина брала дочь и шла в церковь. Она садилась на скамью и начинала громко ругать Бога. На вопрос, зачем она это делает, отвечала, что шесть миллионов молились о своем спасении в синагогах, но Бог их не услышал. Так, может быть, теперь он услышит ее слова, звучащие из церкви? Странно проходили в этой маленькой семье и традиционные еврейские праздники: мать готовила много еды и накрывала большой стол, за который они садились вдвоем. Свет выключали, чтобы соседи не думали, что их никто не позвал в гости. Они отмечали семейный праздник  в окружении призраков, в темноте. Только в эти вечера маленькая Лиззи могла узнать что-то о своей погибшей семье. Мать считала, что ее дочь родилась ради будущего, поэтому не нужно рассказывать о прошлом.

Лиззи Дорон выросла, практически ничего не зная об истории своей семьи. Ее отношения с матерью были очень сложными, и молодая женщина новую жизнь, в новом месте, с новыми людьми. Все изменила ее дочь. В Израиле каждый ребенок в 12-13 лет участвует в школе в проекте «Корни» - исследует историю своей семьи. Лизи ничего не могла рассказать своей дочери, но та была очень настойчива. И тогда Лизи пришлось на несколько месяцев оставить свою работу над диссертацией и подробно записать все воспоминания о детстве. Когда университетская ассистентка пришла узнать, все ли в порядке у Лиззи, та показала ей фактически завершенную книгу. Будучи литературным редактором, она смогла оценить прочитанное.

Книгу очень хотели опубликовать крупнейшие израильские издательства, но писательница согласилась отдать рукопись лишь издательнице, которая сама пережила Холокост. Увидев лагерный номер на ее руке, она просто не смогла отказать, хотя считала, что написанные ею рассказы – слишком личные для того, чтобы быть опубликованными. Когда вышла книга, Лиззи не заходила в книжные магазины и не давала интервью полтора года, потому что ей было неловко. Слишком личной была книга... «Израиль хотел видеть сильного, смелого еврея. В первые годы в Израиле выжившие были напоминанием о провале, недостатке мужества. Мне было трудно взглянуть на это по-иному», - говорит писательница. Только после суда над Эйхманом, о котором она тоже пишет, опираясь на свои детские воспоминания, ситуация начала меняться.

Книга Лиззи Дорон «Почему ты не пришла до войны?» тоже стала своеобразным символом перемен. Прежде всего, она позволила заговорить в полный голос тем, кто молчал, кто не мог или боялся говорить о самом личном и тайном. И среди этих людей не только пережившие Холокост, но и то самое «второе поколение», к которому принадлежит сама Лиззи. Они тоже жертвы, жертвы Катастрофы, искаверкавшей жизни их родителей.

После выхода книги к Лиззи стали приходить люди. Ее нашла женщина, которая поведала удивительную историю спасения матери писательницы во время селекции в Освенциме. Сверстница Лиззи - бывшая соседка из дома напротив - рассказала, что в праздники тоже сидела дома со своей мамой, в темноте. Если бы они смогли говорить тогда, несколько десятков лет назад, им не было бы так одиноко...

Лиззи Дорон так и не вернулась в университет, но написала уже четыре книги о Холокосте. Планирует еще две, будет, как она говорит, по одной на каждый миллион погибших. Писательница видит в этом свою миссию: «Вглядевшись в прошлое, люди смогут повернуться к будущему».



     И.Б.Зингер - в обзоре "Горького" Сборник "Кукареку" И.Б.Зингера - в обзоре "Горького": "каждый рассказ — притча, написанная игривым, лукавым языком, в котором все нужно делить как минимум надвое...", "бездонный сундук с находками для исследователя еврейской литературы, хоть диссертацию пиши" (Владимир Панкратов, "Горький"): https://gorky.media/context/priyatel-kafki/
     "Горький" - о книге Д.Клугера "Из Энска в Энск и обратно" Сборник "Из Энска в Энск и обратно" Д.Клугера - в обзоре "Горького": "Странный сборник, где оказались вещи настолько разные, что по обложке и названию сложно догадаться о содержании — сориентируются только знающие самого Даниэля Клугера..." https://gorky.media/context/vzroslaya-pugayushhaya-skazka/
     "Беглец из преисподней" Б.Липмана - в обзоре "Горького" Книга Бернарда Липмана "Беглец из преисподней" (Текст, 2018, пер. с англ. Даниэля Фрадкина и Михаила Кривича) - в выборе "Горького": "...Ее главная тема — выживание в условиях, когда это просто невозможно; но не как феномен, а как частный, совершенно фантастический случай, где главным двигателем выживания становится не что иное, как побег... Удача, наглость, желание жить и просто подходящие обстоятельства сопутствовали беглецу... и он подробно останавливается на каждом невероятном спасении..." https://gorky.media/context/rvanyj-temp-i-naglaya-energiya/
     Роман "Господин Моцарт пробуждается" Э.Баронски - в выборе "Горького" "Именно тем роман и хорош, что всякие подробности сюжета — быт, язык, сопутствующие комические ситуации и моцартовские каламбуры — не затмевают тут очень понятную, вневременную тоску героя: по женщине, по музыке, по славе... он как будто наглядно демонстрирует, что жизнь — это все-таки не полная ерунда..." (Лиза Биргер. "Горький": https://gorky.media/reviews/novye-zarubezhnye-knigi-iyun/)
     Интервью с Меиром Шалевом "Если в правильном возрасте — в три-четыре-пять лет — помогать ребенку увидеть все то, что происходит вокруг нас в окружающем мире, тогда эти дети вырастут другими людьми, они не будут одиноки. Вот к чему я призываю. Если мы не сделаем это сейчас, наши дети будут изучать не живую природу, а ее IT-вариант — картинки в айпадах и смартфонах. Не уверен, что им будет интересно, и что впоследствии они сами вырастут интересными людьми..."
(Интервью с Меиром Шалевом в авторской рубрике Афанасия Мамедова: https://www.labirint.ru/now/meir-shalev-mamedov/)

Все события >>
Хорошие книги
ДВЕНАДЦАТЬ СТУЛЬЕВ: роман
Ильф, Илья  / Петров, Евгений

Авторская редакция знаменитого романа Ильи Ильфа и Евгения Петрова, восстановленная Александрой Ильиничной Ильф. В текст романа возвращены фрагменты, опубликованные в журнале "30 дней" и в первом издании, в том числе две главы и несколько значительных эпизодов, которые по вкусовым или цензурным соображениям были опущены при последующих переизданиях, а также включен ряд фрагментов из рукописного и машинописного вариантов романа.

подробнее >>
КАК СЮЙ САНЬГУАНЬ КРОВЬ ПРОДАВАЛ
Юй Хуа

Наконец к русскому читателю пришел роман одного из крупнейших современных китайских писателей Юй Хуа, названный критиками в числе десяти самых влиятельных произведений современной китайской литературы. Роман о человеке, который вынужден сдавать кровь, чтобы его семья могла пережить голод, болезни, политические кампании и прочие невзгоды, — еще недавно в таком положении оказывались многие китайцы. По этой книге в 2015 г. южнокорейский режиссер Ха Чжон У снял одноименный фильм. В «Тексте» выходили романы Юй Хуа «Жить» и «Братья».

подробнее >>
ДЕВУШКИ И ЖЕНЩИНЫ ШЕКСПИРА
Гейне, Генрих

120 завораживающих женских портретов! Девушки и женщины из пьес Шекспира... Известные и полузабытые, трогательные и грозные, страдающие и счастливые! Все портреты созданы известнейшими английскими художниками Мидоусом, Бостоком, Филдсом, Дженкинсом, Корбулдом, Хербертом... – современниками Генриха Гейне, который вместо подписей к портретам написал книгу о Шекспире и его эпохе. История книги такова…

подробнее >>
ЧУДО О РОЗЕ: роман
Жене, Жан

«Чудо о розе», второй роман Жана Жене, – одно из самых трогательных и романтичных его произведений.
Роман был написан в тюрьме, где Жене отбывал срок за дезертирство, бродяжничество, воровство и подделку документов. Тюремный мир в романе не романтизирован — он просто увиден изнутри глазами очень молодого человека.

Действие романа развивается в стенах французского Централа и тюрьмы Метре, в воспоминаниях 16-летнего героя. Подростковая преступность, изломанная психика, условия тюрьмы и даже совесть малолетних преступников — всё антураж, фон вожделений, желаний и любви 15–18 летних воров и убийц. Любовь, вернее, любови, которыми пронизаны все страницы книги, по-детски простодушны и наивны, а также не по-взрослому целомудренны и стыдливы.
    
Поэтически преобразованный романтизм и цинические провокации, жажда чистой любви и страсть к предательству, достоверность и вымысел, высокий «штиль» и вульгаризм наделяют романы Жене неистребимой волнующей силой, ставя их в один ряд с самыми высокими достижениями литературы этого века.

подробнее >>
О ЖЕНСКОЙ СТЫДЛИВОСТИ: Женщины скрытые, раскрытые, распознанные
Болонь, Жан-Клод

Жан Клод Болонь — филолог по образованию, историк, преподаватель средневековой иконографии, автор многочисленных книг, написанных на стыке филологии, социологии, философии и истории.

В своей новой книге Болонь делает акцент на историю именно женской стыдливости от Античности до XXI века. Стыдливость понимается автором достаточно широко — это стремление скрыть то, что воспринимается человеком как нечто особенно уязвимое или составляет основу его личности.

Болонь связывает стыдливость в первую очередь с обнаженностью тела, и главная тема его рассказа — как относились к обнаженному и закрытому женскому телу в каждую эпоху.


подробнее >>
ДИДОНА
Клини, Мария

В сборнике три поэмы на мифологические сюжеты, три женских образа, трагических и страстных, — Дидоны, Кассандры и Медеи. В сильных строках Марии Клини звучит голос древних морей. Полны страданий речи карфагенской царицы. Непреклонна Кассандра в зареве горящей Трои. Ярится Медея. Время им нипочем. Они вечны, и не умолкают их голоса, дерзкие и любящие, гневные и кроткие — не то плеск, не то гром, не то шепот.
«Odi et amo».
подробнее >>