©ООО Издательство "Текст", 2018
е-mail: textpubl@yandex.ru


Уважаемые авторы! В связи с переполненностью редакционного портфеля издательство "Текст" до конца 2019 года прекратило принимать рукописи от авторов.  Сожалеем и до скорых встреч!
Серии издательства
"Билингва"
"Квадрат"
"1+1"
"Искусство..."
"Коллекция"
"Краткий курс"
"Открытая книга"
"Первый ряд"
"Семейный роман"
"Проза еврейской жизни"
"Чейсовская коллекция"
"Классика"
"Ильфиада"
"Детская книга"
Вне серии





.

поиск >>
рецензии
контакты

«ТЕКСТ» — самое старое из новых издательств. Основано в 1988 году. Мы отдаем предпочтение добротным книгам, написанным в разное время, но по разным причинам так и не дошедшим до российских читателей. Мы не ограничиваем себя жанрами, а лишь стараемся, чтобы среди наших книг не было серых, или, как теперь говорят, «никаких». Вот, собственно, и вся наша издательская политика. Эта нехитрая затея — издавать те книги, что нам самим по душе, — нам до сих пор нравится. Нашим читателям вроде бы тоже.

Рот, Йозеф
События
Автор на языке оригинала: Joseph Roth

Книги:
ТАРАБАС. Гость на этой земле


Йозеф Рот (1894-1939) - выдающийся австрийский писатель, классик мировой литературы XX века, автор знаменитых романов "Марш Радецкого", "Склеп капуцинов", "Иов".

Гениальный писатель и святой пьяница Йозеф Рот - певец  габсбургской идиллии с ее поликультурной пестротой и толерантностью.

Причинами смерти 45-летнего Йозефа Рота чаще всего называют  алкоголизм и ностальгию - первое, очевидно, вытекало из второго, и наоборот.

Обе болезни писатель взлелеял в себе сам, в свое время, еще перед великим распадом 1914 - 1918 годов, избрав для себя судьбу эмигранта, путешественника на Запад и гостиничного затворника, а также сделав побег своим перманентным состоянием.

Городишко Броды, где он родился в 1894 году, лежит недалеко от Львова. В те времена он считался "галицким Иерусалимом" (отсюда, кстати, такая частая среди восточноевропейских евреев фамилия Бродский.

Рожденный в этой переходной полосе между Галичиной и Волынью, на самой восточной окраине австро-венгерского мира и Европы, где "культуры все-таки больше, чем об этом можно судить по состоянию канализаций", Рот при первой же возможности покинул эту свою "малую родину", на восемьдесят пять процентов заселенную представителями его странствующего народа.

Это был зов славы, возможно, жажда качественно высшего бытия, великая иллюзия семнадцатилетнего на пороге первой из всемирных катастроф. "Городом  местечку никогда не быть. Карьеры поселений, как и карьеры людей, ограничены роком", - напишет он спустя много лет, наверное, объясняя себе самому этот порыв к Великому. В 1913 году он начинает учиться во Львове - и вскоре также покидает его. Ему мало Львова: темп жизни недостаточен, литературные дискуссии не выходят за пределы политических, взаимно изнурительное украинско-польское выяснение отношений не имеет конца, польский язык доминирует на университетских лекциях. Все это вынуждает его, немецкоязычного и космополитичного, опять- таки - при первой же возможности - направиться дальше на Запад, из "малой Вены" в настоящую.

Однако от Галичины не убежишь, особенно когда носишь ее в себе. Сначала она догнала Рота в Вене. Это произошло в начале войны, когда тысячи галицких беженцев, слишком напуганных русским наступлением и перспективой погромов еврейства, оказались здесь и там на венских улицах, площадях, вокзалах, таща за собой свой багаж, детей, жен, стариков. Большинство романов Рота, которые будут написаны позднее, невозможны без этого ужасного опыта панического переселения городишек в Город.

Дальше была война, участвовать в которой он наконец согласился добровольно. И так состоялось одно из его возвращений - Рот опять заброшен в Галичину, чтобы увидеть мировой танец смерти и предречь, как будут разлагаться на составные части в галицкой земле западноевропейские трупы, удобряя ее, и как "на сгнивших скелетах мертвых тирольцев, австрийцев, немцев (чехов, словаков, мадьяров, хорватов, добавим) зацветет кукуруза этого края". У писателя не может не быть предчувствий. Более того - ему никуда от них не деться. Наведываясь еще неоднократно во Львов в 20-е и впоследствии 30-е годы (Рот был приглашаем польскими коллегами как один из наиболее популярных и чаще других переводимых и издаваемых в межвоенной Польше авторов), он пытался констатировать нерушимость "того еще мира", габсбургской идиллии, поликультурной пестроты и толерантности. Возвращаясь в Берлин или впоследствии в Париж, он говорил и писал об увеличении рубцов, о почти полном заживании ран, развязывании узлов, самовозрождении культуры в Галичине.

Он ошибался, как все великие романисты, не зная жизни и выдавая  желаемое за действительное - "того еще мира" уже не существовало, он еще кое-как напоминал о себя во время писательских вечеринок в богемных ресторанах, но на самом деле все было не так, сумерки фашизации надвигались на Европу, а большой красный змей уже уморил миллионы крестьян на Востоке. Геноциды превращались в норму официального политического курса правительств и вождей.

Зимой 1937-го Рот в последний раз приезжал во Львов. "Уверяю вас, друзья, что мы присутствуем на последнем из подобных праздников в Европе", - обращался к избранному львовскому обществу не без влияния алкоголя и пробужденных предчувствий. Не все из присутствующих хотели ему верить. Кое-кого из них расстреляли энкаведисты между 24 и 26 июня, а кое-кого эсесовцы 3 июля в том же таки 1941 году.

Неделя, которая прошла между двумя львовскими расстрелами интеллигенции, стала неделей окончательного разрушения мира Рота. К счастью, Рот не дожил до этого. Он умер в Париже, в конце очередного мая-месяца, который по-настоящему возможен только в Париже. Истинной причиной смерти были предчувствия - катастрофа должна начаться сразу после лета, через каких-нибудь девяносто три  дня (последние курорты, вакации, салоны, танцы и загородные   пикники). Далее был Холокост, фабрики смерти, трагедия Центральной Европы - все разом вместе с войной, от которой его сердце святого пьяницы все равно бы разорвалось.



     Роман Дуны Лу "Окно" - на "Эхо Москвы" "Найденный в лесу труп и блокнот переворачивают сознание героя... Впрочем, главное в романе не это, а - завораживающие описания или, точнее, зафиксированные переживания природы," - Николай Александров "Эхо Москвы". Подробнее: https://echo.msk.ru/programs/books/2576123-echo/ Прочесть фрагмент: https://www.labirint.ru/books/721476/
     С Новым годом! Дорогие друзья "Текста"! С НАСТУПАЮЩИМ! Здоровья, благополучия и удачи! Новых книг, новых идей, новых приятных забот и открытий! До скорых встреч! Ваш ТЕКСТ
     "Текст" - о событиях уходящего года и новинках-2020 Директор издательства «Текст» Ольгерт Либкин и книжный критик Афанасий Мамедов беседуют о книжных событиях уходящего года и о новинках, которые ожидаются в 2020: https://www.labirint.ru/now/tekst-itogi2019/
     Билингва английской поэзии - на "Эхо Москвы" "Грущу, но не могу подать и виду,/Люблю, но в том признаться не вольна,/Молчу, хотя не в силах скрыть обиду,/Страдаю, но терпеть принуждена./Живу во сне, горю и леденею –/Как тот, кто разлучен с душой своею..." (стихотворение «На отъезд моего синьора» королевы Елизаветы (1533-1603), одно из вошедших в небольшую антологию британской поэзии в переводе Григория Кружкова... тонкого и талантливого лирика..." - Николай Александров, "Эхо Москвы": https://echo.msk.ru/programs/books/2545643-echo/ Полистать книгу: https://www.labirint.ru/books/713837/
     "Окно" Дуны Лу - в "Esquire" Роман "ОКНО" Дуны Лу, современной швейцарской писательницы, лауреата премии Шиллера - в выборе "Esquire": https://esquire.ru/letters/134424-5-knig-kotorye-my-chitaem-v-noyabre-2019/

Все события >>
Хорошие книги
СТИХОТВОРЕНИЯ
Аполлинер, Гийом

«Он был не только большим поэтом, но и человеком нового века, чуть припудренным серебряной пылью древних европейских дорог», – писал Илья Эренбург о Гийоме Аполлинере. Замечательный французский поэт Гийом Аполлинер (1880–1918), настоящее имя Вильгельм Аполлинарий Костровицкий, завершил эпоху классического французского стиха и одновременно открыл в поэзии «новое лирическое сознание». В сборник вошли стихи из основных книг Аполлинера – «Бестиарий, или Кортеж Орфея», «Алкоголи», «Каллиграммы» – и стихи, опубликованные после смерти автора. Главная тема лирики Аполлинера – любовь, существующая вопреки сложностям быта, несходству характеров, бедам войны; эта любовь – чувственная и в то же время высокодуховная. Русские переводы печатаются вместе с французским текстом.

подробнее >>
ОКНО
Лу, Дуна

Роман современной швейцарской писательницы, лауреата премии Шиллера. Герой романа, охотясь в лесу, обнаруживает мертвого человека и начинает читать найденный в его кармане блокнот — не понимая еще, почему этот умерший незнакомец и написанные им слова так захватили его. После чтения блокнота в нем начинают происходить глубинные внутренние изменения — окружающий мир будто бы меняет свои очертания, и герой с удивлением обнаруживает, что его взгляд на жизнь постепенно становится иным.



подробнее >>
САНКИ, КОЗЕЛ, ПАРОВОЗ: роман
Генкин, Валерий

Герой романа на склоне лет вспоминает детство и молодость, родных и друзей и ведет воображаемые беседы с давно ушедшей из жизни женой.

Воспоминания эти упрямо не желают складываться в стройную картину, мозаика рассыпается, нить то и дело рвется, герой покоряется капризам своей памяти, но из отдельных эпизодов, диалогов, размышлений, писем и дневниковых записей — подлинных и вымышленных — помимо его воли рождается история жизни семьи на протяжении десятилетий.

подробнее >>
ВЕЛИКАН-ЭГОИСТ
Уайльд, Оскар

Издание на русском и английском языках. Одна из самых известных и поучительных сказок Оскара Уайльда (1854–1900), названная в честь главного героя, жадного и самолюбивого. Вместе со сказкой «Мандарин и бабочка» http://textpubl.ru/books/131/71762 знаменитого американского писателя Лаймена Фрэнка Баума, автора «Волшебника Страны Оз», начинает серию двуязычных книг для детей «1+1».

подробнее >>
РАСТРЁПАННЫЙ ВОРОБЕЙ: сказки
Паустовский, Константин

Вслед за книгой рассказов для детей вышла книга сказок замечательного русского писателя Константина Георгиевича Паустовского (1892–1968).

Обе книги – сказки и рассказы для детей – богато иллюстрированы известной московской художницей Татьяной Русаковой.
В книге собраны шесть сказок: «Растрепанный воробей», «Квакша», «Дремучий медведь», «Похождения жука-носорога», «Теплый хлеб», «Стальное колечко».

подробнее >>
ДИДОНА
Клини, Мария

В сборнике три поэмы на мифологические сюжеты, три женских образа, трагических и страстных, — Дидоны, Кассандры и Медеи. В сильных строках Марии Клини звучит голос древних морей. Полны страданий речи карфагенской царицы. Непреклонна Кассандра в зареве горящей Трои. Ярится Медея. Время им нипочем. Они вечны, и не умолкают их голоса, дерзкие и любящие, гневные и кроткие — не то плеск, не то гром, не то шепот.
«Odi et amo».
подробнее >>