©ООО Издательство "Текст", 2018
е-mail: textpubl@yandex.ru


Уважаемые авторы! В связи с переполненностью редакционного портфеля издательство "Текст" до конца 2022 года прекратило принимать рукописи от авторов.  Сожалеем и до скорых встреч!
Серии издательства
"Билингва"
"Квадрат"
"1+1"
"Искусство..."
"Классика ХХ"
"Коллекция"
"Краткий курс"
"Однажды"
"Открытая книга"
"Первый ряд"
"Семейный роман"
"Это фантастика!"
5+5
"Проза еврейской жизни"
"Чейсовская коллекция"
"Классика"
"Ильфиада"
"Детская книга"
Вне серии





.

поиск >>
рецензии
контакты

«ТЕКСТ» — самое старое из новых издательств. Основано в 1988 году. Мы отдаем предпочтение добротным книгам, написанным в разное время, но по разным причинам так и не дошедшим до российских читателей. Мы не ограничиваем себя жанрами, а лишь стараемся, чтобы среди наших книг не было серых, или, как теперь говорят, «никаких». Вот, собственно, и вся наша издательская политика. Эта нехитрая затея — издавать те книги, что нам самим по душе, — нам до сих пор нравится. Нашим читателям вроде бы тоже.

Рот, Йозеф
События
Автор на языке оригинала: Joseph Roth

Книги:
ТАРАБАС. Гость на этой земле


Йозеф Рот (1894-1939) - выдающийся австрийский писатель, классик мировой литературы XX века, автор знаменитых романов "Марш Радецкого", "Склеп капуцинов", "Иов".

Гениальный писатель и святой пьяница Йозеф Рот - певец  габсбургской идиллии с ее поликультурной пестротой и толерантностью.

Причинами смерти 45-летнего Йозефа Рота чаще всего называют  алкоголизм и ностальгию - первое, очевидно, вытекало из второго, и наоборот.

Обе болезни писатель взлелеял в себе сам, в свое время, еще перед великим распадом 1914 - 1918 годов, избрав для себя судьбу эмигранта, путешественника на Запад и гостиничного затворника, а также сделав побег своим перманентным состоянием.

Городишко Броды, где он родился в 1894 году, лежит недалеко от Львова. В те времена он считался "галицким Иерусалимом" (отсюда, кстати, такая частая среди восточноевропейских евреев фамилия Бродский.

Рожденный в этой переходной полосе между Галичиной и Волынью, на самой восточной окраине австро-венгерского мира и Европы, где "культуры все-таки больше, чем об этом можно судить по состоянию канализаций", Рот при первой же возможности покинул эту свою "малую родину", на восемьдесят пять процентов заселенную представителями его странствующего народа.

Это был зов славы, возможно, жажда качественно высшего бытия, великая иллюзия семнадцатилетнего на пороге первой из всемирных катастроф. "Городом  местечку никогда не быть. Карьеры поселений, как и карьеры людей, ограничены роком", - напишет он спустя много лет, наверное, объясняя себе самому этот порыв к Великому. В 1913 году он начинает учиться во Львове - и вскоре также покидает его. Ему мало Львова: темп жизни недостаточен, литературные дискуссии не выходят за пределы политических, взаимно изнурительное украинско-польское выяснение отношений не имеет конца, польский язык доминирует на университетских лекциях. Все это вынуждает его, немецкоязычного и космополитичного, опять- таки - при первой же возможности - направиться дальше на Запад, из "малой Вены" в настоящую.

Однако от Галичины не убежишь, особенно когда носишь ее в себе. Сначала она догнала Рота в Вене. Это произошло в начале войны, когда тысячи галицких беженцев, слишком напуганных русским наступлением и перспективой погромов еврейства, оказались здесь и там на венских улицах, площадях, вокзалах, таща за собой свой багаж, детей, жен, стариков. Большинство романов Рота, которые будут написаны позднее, невозможны без этого ужасного опыта панического переселения городишек в Город.

Дальше была война, участвовать в которой он наконец согласился добровольно. И так состоялось одно из его возвращений - Рот опять заброшен в Галичину, чтобы увидеть мировой танец смерти и предречь, как будут разлагаться на составные части в галицкой земле западноевропейские трупы, удобряя ее, и как "на сгнивших скелетах мертвых тирольцев, австрийцев, немцев (чехов, словаков, мадьяров, хорватов, добавим) зацветет кукуруза этого края". У писателя не может не быть предчувствий. Более того - ему никуда от них не деться. Наведываясь еще неоднократно во Львов в 20-е и впоследствии 30-е годы (Рот был приглашаем польскими коллегами как один из наиболее популярных и чаще других переводимых и издаваемых в межвоенной Польше авторов), он пытался констатировать нерушимость "того еще мира", габсбургской идиллии, поликультурной пестроты и толерантности. Возвращаясь в Берлин или впоследствии в Париж, он говорил и писал об увеличении рубцов, о почти полном заживании ран, развязывании узлов, самовозрождении культуры в Галичине.

Он ошибался, как все великие романисты, не зная жизни и выдавая  желаемое за действительное - "того еще мира" уже не существовало, он еще кое-как напоминал о себя во время писательских вечеринок в богемных ресторанах, но на самом деле все было не так, сумерки фашизации надвигались на Европу, а большой красный змей уже уморил миллионы крестьян на Востоке. Геноциды превращались в норму официального политического курса правительств и вождей.

Зимой 1937-го Рот в последний раз приезжал во Львов. "Уверяю вас, друзья, что мы присутствуем на последнем из подобных праздников в Европе", - обращался к избранному львовскому обществу не без влияния алкоголя и пробужденных предчувствий. Не все из присутствующих хотели ему верить. Кое-кого из них расстреляли энкаведисты между 24 и 26 июня, а кое-кого эсесовцы 3 июля в том же таки 1941 году.

Неделя, которая прошла между двумя львовскими расстрелами интеллигенции, стала неделей окончательного разрушения мира Рота. К счастью, Рот не дожил до этого. Он умер в Париже, в конце очередного мая-месяца, который по-настоящему возможен только в Париже. Истинной причиной смерти были предчувствия - катастрофа должна начаться сразу после лета, через каких-нибудь девяносто три  дня (последние курорты, вакации, салоны, танцы и загородные   пикники). Далее был Холокост, фабрики смерти, трагедия Центральной Европы - все разом вместе с войной, от которой его сердце святого пьяницы все равно бы разорвалось.



     Михаил Левитин - в "Фигуре речи" на ОТР В программе «Фигура речи» на ОТР в гостях у Николая Александрова – народный артист России, художественный руководитель Московского театра «Эрмитаж» Михаил Левитин. А разговор пойдет о книге «Невероятная легкость и ужасное любопытство», о людях театра начала ХХ века, об их судьбах, порой трагических, об этом интереснейшем времени в истории русской культуры: символизм, авангард во всех его проявлениях, от футуристов до обэриутов, театры-студии и театры-кабаре, второй МХАТ, студия Вахтангова, движение синеблузников… Россыпь новых имен: Михаил Чехов, Всеволод Мейерхольд, Николай Фореггер. https://otr-online.ru/programmy/figura-rechi/mne-tak-obidno-ponyatie-i-drugie-za-nim-te-kto-iskusstvenno-zatormozhen-zaderzhan-ne-pushchen-v-lyudi-velikie-bez-pretenziy-58927.html
     Библионочь в "Лабиринте" Библионочь в интернет-магазине "Лабиринт" давно уже превратилась в фестиваль хорошей литературы. Новые книги, скидки и подарки до конца мая. Ждем вас!  https://www.labirint.ru/biblionight/
     Роман «Братья» Юй Хуа - в шорт-листе «Ясной Поляны» В короткий список премии «Ясная Поляна» вошел роман «Братья» китайского писателя Юй Хуа! В переводе Юлии Дрейзис роман вышел в «Тексте» в 2015 году: https://www.labirint.ru/books/507534/ Член жюри премии писатель Евгений Водолазкин: «Сейчас все больше появляется людей, представляющих иные культуры, иные цивилизации. Жизнь не ограничивается европейской литературой». Писатель и тоже член жюри Алексей Варламов сказал, что любая книга иностранного автора - «это возможность путешествия в мир этого автора, в его страну».
     Лидер продаж книг "Текста" Завершается весенняя ярмарка в «Лабиринте», где скидки достигают 85%. Лидером продаж среди книг «Текста» стал роман-антиутопия «1984» Джорджа Оруэлла в переводе с англ. Виктора Голышева. Прошло всего три года после окончания Второй мировой войны, когда Дж. Оруэлл (1903-1950) написал самое знаменитое свое произведение. Многое из того, о чем писал Джордж Оруэлл, покажется вам до безумия знакомым. Книга заканчивается в продаже. https://www.labirint.ru/books/790566/
     О книге Ирен Немировски - издатель Ольгерт Либкин Роман знаменитой французской писательницы Ирен Немировски (1903—1942), погибшей в Освенциме, безжалостно обнажает психологию людей во время вражеского нашествия, воскрешает трагическую страницу французской истории.  Роман увидел свет в 2004 году и удостоен литературной премии Ренодо, что стало уникальным событием, поскольку эта премия, как и Нобелевская, дается только здравствующим авторам. Перевод с фр. Екатерины Кожевниковой и Марианны Кожевниковой. О романе И. Немировски рассказывает издатель книги Ольгерт Либкин: https://disk.yandex.ru/i/-zJaMggRRzBJ9g.

Все события >>
Хорошие книги
МАЛЬЧИК-ЗВЕЗДА
Уайльд, Оскар

Новинка в серии двуязычных книг для детей – в прекрасном переводе и с чудесными иллюстрациями. История, рассказанная Оскаром Уайльдом, об одном из важнейших качеств человека – милосердии. Каждый родитель знает, что об этом надо говорить с детьми с самого раннего возраста. Но как это сделать? А если через сказку?.. Прекрасная и необычайно яркая звезда пронеслась над долиной, и там, куда она упала, лесорубы нашли в снегу чудесное дитя - Мальчика-звезду. Один лесоруб сжалился и забрал малыша. Так мальчик-звезда стал расти в семье простых людей. Ребенок был прекрасен, но его сердце оставалось таким же, как снег, холодным... Мудрая сказка Оскара Уайльда просто и искренно повествует о том, как страшна гордыня, и на какие подвиги самопожертвования способна искренняя любовь.

подробнее >>
ПАРИЖ ФРАНЦИЯ Личные воспоминания
Стайн, Гертруда

Американская писательница Гертруда Стайн (1874–1946) окрестила молодых людей, вернувшихся с Первой мировой войны, потерянным поколением. Это она сказала, что художнику нужны не критики, а ценители. Неслучайно она приобрела славу родоначальницы модернизма. Ее манера письма рассчитана как бы на чтение вслух, а не глазами. В ее предложениях почти полностью отсутствует пунктуация. «Люди думают без знаков препинания», — писала Г.Стайн. В книге «Париж Франция» (разумеется, без запятой) Стайн описывает жизнь на юге Франции в начале Второй мировой войны — еще в ту пору, когда оставалась надежда, что до общеевропейской войны дело не дойдет…

подробнее >>
О НЕБЕСНОМ И О ЗЕМНОМ
Хорхе Марио Бергольо, Авраам Скорка

Хорхе Марио Бергольо, архиепископ Буэнос-Айреса, будущий Папа Франциск, беседует с Авраамом Скоркой, раввином и биофизиком, — о религии, политике и мироустройстве, о проблемах, с которыми мир столкнется в XXI веке. Собеседники вели эти диалоги на протяжении многих лет, стараясь навести мосты между христианством и иудаизмом при помощи веры и разума. И для них не существовало запретных тем.

подробнее >>
УСЛАДЫ БОЖЬЕЙ РАДИ
Жан д’Ормессон

Книги Жана Лефевра д’Ормессона (1925–2017) по праву считаются классикой мировой литературы. Этот знаменитый французский писатель, журналист, доктор философии, лауреат многочисленных премий, член Французской Академии и кавалер Ордена Почетного Легиона рассказывает в романе «Услады Божьей ради» (1974) о своей семье с древней аристократической фамилией.
Это мемуарная проза высшей пробы, и читается книга на одном дыхании. Она полна юмора, необычайных ситуаций, мудрости. Прошлое неразрывными нитями связано с настоящим. Возможно, в этом повествовании, которое сродни беседе с интересным и глубоким человеком, читатель найдет отголоски истории своей собственной жизни.

подробнее >>
РОЗА ГАЛИЛЕИ Рассказы и повесть
Шенбрунн-Амор, Мария

Избранная проза израильской писательницы, лауреата премии Terra Inсognita. Это истории любви — или ее отсутствия. Герои живут в разных странах и в разные времена, но вечно не вписываются в свое окружение. Женщина из Галилеи обнаруживает себя в ситуации библейской Вирсавии. Безалаберный и бестолковый герой оказывается последним праведником. Любовь помогает девушке повзрослеть и обрести себя в новой стране... Внимание к вечным темам, стилевое многообразие, ирония, метафоричность и бесспорное литературное мастерство.

подробнее >>
ДИДОНА
Клини, Мария

В сборнике три поэмы на мифологические сюжеты, три женских образа, трагических и страстных, — Дидоны, Кассандры и Медеи. В сильных строках Марии Клини звучит голос древних морей. Полны страданий речи карфагенской царицы. Непреклонна Кассандра в зареве горящей Трои. Ярится Медея. Время им нипочем. Они вечны, и не умолкают их голоса, дерзкие и любящие, гневные и кроткие — не то плеск, не то гром, не то шепот.
«Odi et amo».
подробнее >>