© ООО «Текст», 2018
e-mail: text@textpubl.ru





Уважаемые авторы! 
В связи с переполненностью редакционного портфеля издательство "Текст" до конца 2018 года прекратило принимать рукописи от авторов. 
Сожалеем и до скорых встреч!
Серии издательства
"Билингва"
"Квадрат"
"Искусство..."
"Коллекция"
"Краткий курс"
"Открытая книга"
"Проза еврейской жизни"
"Чейсовская коллекция"
"Классика"
"Ильфиада"
"Детская книга"
Вне серии





.

поиск >>
рецензии
контакты

«ТЕКСТ» — самое старое из новых издательств. Основано в 1988 году. Мы отдаем предпочтение добротным книгам, написанным в разное время, но по разным причинам так и не дошедшим до российских читателей. Мы не ограничиваем себя жанрами, а лишь стараемся, чтобы среди наших книг не было серых, или, как теперь говорят, «никаких». Вот, собственно, и вся наша издательская политика. Эта нехитрая затея — издавать те книги, что нам самим по душе, — нам до сих пор нравится. Нашим читателям вроде бы тоже.

Рот, Йозеф
События
Автор на языке оригинала: Joseph Roth

Книги:


Йозеф Рот (1894-1939) - выдающийся австрийский писатель, классик мировой литературы XX века, автор знаменитых романов "Марш Радецкого", "Склеп капуцинов", "Иов".

Гениальный писатель и святой пьяница Йозеф Рот - певец  габсбургской идиллии с ее поликультурной пестротой и толерантностью.

Причинами смерти 45-летнего Йозефа Рота чаще всего называют  алкоголизм и ностальгию - первое, очевидно, вытекало из второго, и наоборот.

Обе болезни писатель взлелеял в себе сам, в свое время, еще перед великим распадом 1914 - 1918 годов, избрав для себя судьбу эмигранта, путешественника на Запад и гостиничного затворника, а также сделав побег своим перманентным состоянием.

Городишко Броды, где он родился в 1894 году, лежит недалеко от Львова. В те времена он считался "галицким Иерусалимом" (отсюда, кстати, такая частая среди восточноевропейских евреев фамилия Бродский.

Рожденный в этой переходной полосе между Галичиной и Волынью, на самой восточной окраине австро-венгерского мира и Европы, где "культуры все-таки больше, чем об этом можно судить по состоянию канализаций", Рот при первой же возможности покинул эту свою "малую родину", на восемьдесят пять процентов заселенную представителями его странствующего народа.

Это был зов славы, возможно, жажда качественно высшего бытия, великая иллюзия семнадцатилетнего на пороге первой из всемирных катастроф. "Городом  местечку никогда не быть. Карьеры поселений, как и карьеры людей, ограничены роком", - напишет он спустя много лет, наверное, объясняя себе самому этот порыв к Великому. В 1913 году он начинает учиться во Львове - и вскоре также покидает его. Ему мало Львова: темп жизни недостаточен, литературные дискуссии не выходят за пределы политических, взаимно изнурительное украинско-польское выяснение отношений не имеет конца, польский язык доминирует на университетских лекциях. Все это вынуждает его, немецкоязычного и космополитичного, опять- таки - при первой же возможности - направиться дальше на Запад, из "малой Вены" в настоящую.

Однако от Галичины не убежишь, особенно когда носишь ее в себе. Сначала она догнала Рота в Вене. Это произошло в начале войны, когда тысячи галицких беженцев, слишком напуганных русским наступлением и перспективой погромов еврейства, оказались здесь и там на венских улицах, площадях, вокзалах, таща за собой свой багаж, детей, жен, стариков. Большинство романов Рота, которые будут написаны позднее, невозможны без этого ужасного опыта панического переселения городишек в Город.

Дальше была война, участвовать в которой он наконец согласился добровольно. И так состоялось одно из его возвращений - Рот опять заброшен в Галичину, чтобы увидеть мировой танец смерти и предречь, как будут разлагаться на составные части в галицкой земле западноевропейские трупы, удобряя ее, и как "на сгнивших скелетах мертвых тирольцев, австрийцев, немцев (чехов, словаков, мадьяров, хорватов, добавим) зацветет кукуруза этого края". У писателя не может не быть предчувствий. Более того - ему никуда от них не деться. Наведываясь еще неоднократно во Львов в 20-е и впоследствии 30-е годы (Рот был приглашаем польскими коллегами как один из наиболее популярных и чаще других переводимых и издаваемых в межвоенной Польше авторов), он пытался констатировать нерушимость "того еще мира", габсбургской идиллии, поликультурной пестроты и толерантности. Возвращаясь в Берлин или впоследствии в Париж, он говорил и писал об увеличении рубцов, о почти полном заживании ран, развязывании узлов, самовозрождении культуры в Галичине.

Он ошибался, как все великие романисты, не зная жизни и выдавая  желаемое за действительное - "того еще мира" уже не существовало, он еще кое-как напоминал о себя во время писательских вечеринок в богемных ресторанах, но на самом деле все было не так, сумерки фашизации надвигались на Европу, а большой красный змей уже уморил миллионы крестьян на Востоке. Геноциды превращались в норму официального политического курса правительств и вождей.

Зимой 1937-го Рот в последний раз приезжал во Львов. "Уверяю вас, друзья, что мы присутствуем на последнем из подобных праздников в Европе", - обращался к избранному львовскому обществу не без влияния алкоголя и пробужденных предчувствий. Не все из присутствующих хотели ему верить. Кое-кого из них расстреляли энкаведисты между 24 и 26 июня, а кое-кого эсесовцы 3 июля в том же таки 1941 году.

Неделя, которая прошла между двумя львовскими расстрелами интеллигенции, стала неделей окончательного разрушения мира Рота. К счастью, Рот не дожил до этого. Он умер в Париже, в конце очередного мая-месяца, который по-настоящему возможен только в Париже. Истинной причиной смерти были предчувствия - катастрофа должна начаться сразу после лета, через каких-нибудь девяносто три  дня (последние курорты, вакации, салоны, танцы и загородные   пикники). Далее был Холокост, фабрики смерти, трагедия Центральной Европы - все разом вместе с войной, от которой его сердце святого пьяницы все равно бы разорвалось.



     С Новым годом! Дорогие друзья «ТЕКСТА»! С НАСТУПАЮЩИМ!!!
Пусть Новый год принесет удачу всем вашим начинаниям! И пожелайте того же нам!
Этот год для нас юбилейный. Издательству «Текст» исполняется 30 лет! А это значит, что у нас будет много поводов встретиться, вспомнить все самое яркое и, надеемся, порадоваться новым удачам. И здоровья-здоровья-здоровья вам и вашим близким!
Ваш «ТЕКСТ»

     Может ли литература предсказывать события? О чем беседовал с Пьером Байяром, "одним из самых интересных интеллектуалов нашего времени", Константин Мильчин: http://expert.ru/russian_reporter/2017/22/knigi/
     Поэзия Чеслава Милоша - в Фонтанном Доме Двуязычную книгу "На берегу реки" нобелевского лауреата Чеслава Милоша представит переводчик Никита Кузнецов в Музее Анны Ахматовой в Фонтанном Доме, в галерее "Сарай" - 14 декабря в 18.30. Ч.Милош - один из столпов польской литературы, которого И.Бродский назвал своим "магнитным полем". Книга вышла в серии «Билингва», где публикуются лучшие переводы мировой поэзии — как классической, так и современной: http://www.textpubl.ru/books/98/
     Интервью с гостем non/fiction Пьером Байяром С французским писателем, литературоведом и публицистом ПЬЕРОМ БАЙЯРОМ беседовала Наталья Кочеткова, Lenta.ru: https://lenta.ru/articles/2017/12/12/bayard/
     Что полезного купить на нон-фикшн "Титаник утонет" Пьера Байяра - среди книг, которые советует шеф-редактор портала ГодЛитературы.РФ Михаил Визель: https://godliteratury.ru/projects/fikshn-non-fikshn-i-ne-poymi-chto-25-knig-n

Все события >>
Хорошие книги
ПОЯС КОЙПЕРА: роман
Дежнев, Николай

Роман номинирован на премию «Русский Букер»-2014 

Сергей Денников, герой нового романа Н. Дежнева, обладает несомненным талантом: он изобретает различные способы манипулирования людьми, чем за щедрую плату пользуются в своих интересах нечистоплотные политики, владельцы масс-медиа, рекламодатели и прочая влиятельная публика, воздействующая на умы и поведение доверчивых россиян. В результате драматического поворота сюжета Сергей попадает в ловушку собственного дара… Роман написан зло и остроумно, чистым и гибким русским языком, нечасто встречающимся в нашей современной литературе. 

подробнее >>
ЛИСТЬЯ ТРАВЫ
Уитмен, Уолт

Главная книга великого американский поэта Уолта Уитмена (1819—1892), которую он писал и пополнял новыми произведениями на протяжении десятилетий, «Листья травы» в XX столетии была признана важнейшим литературным событием, ознаменовавшим революцию в мировой поэзии — появление и широкое распространение свободного стиха. Значительную часть произведений из сборника «Листья травы» перевел К.И. Чуковский, и все эти переводы вместе с оригинальным текстом представлены в настоящей книге.

подробнее >>
РАСТРЁПАННЫЙ ВОРОБЕЙ: сказки
Паустовский, Константин

Вслед за книгой рассказов для детей вышла книга сказок замечательного русского писателя Константина Георгиевича Паустовского (1892–1968).

Обе книги – сказки и рассказы для детей – богато иллюстрированы известной московской художницей Татьяной Русаковой.
В книге собраны шесть сказок: «Растрепанный воробей», «Квакша», «Дремучий медведь», «Похождения жука-носорога», «Теплый хлеб», «Стальное колечко».

подробнее >>
ТЕВЬЕ-МОЛОЧНИК: повесть
Шолом-Алейхем

Знаменитое произведение повесть «Тевье-молочник» обрела не только литературную, но и сценическую славу — достаточно вспомнить спектакль Соломона Михоэлса, американский мюзикл «Скрипач на крыше», спектакли и телевизионные постановки с Евгением Леоновым и Михаилом Ульяновым в роли Тевье. Он оставил в наследство смех. Он говорил: “Вы должны оставаться живыми, даже если это убивает вас”, – писала Бел Кауфман, американская писательница, внучка Шолом-Алейхема. Шолом-Алейхем (1859—1916) – еврейский писатель, классик мировой литературы.

подробнее >>
СКАЗКИ КОТА МУРЛЫКИ: КРАСНАЯ КНИГА
Эме, Марсель

Известному французскому писателю Марселю Эме (1902 - 1967) блестяще удавались не только серьезные книги для взрослых, но и детские произведения. Критики называют его продолжателем традиций Лафонтена и Шарля Перро, а "Сказки кота Мурлыки" давно стали классикой детской литературы. Во всем мире и дети, и взрослые читают эти добрые истории о сестренках Дельфине и Маринетте и их друзьях, животных с фермы. По традиции, сказки выходят двумя отдельными томами: "Красная книга" и "Синяя книга".

подробнее >>
ДОЧЬ: роман
Дюрлахер, Джессика

Роман «Дочь» был издан в Голландии тиражом более 140 тысяч экземпляров и переведен на многие языки мира.
Герои романа Джессики Дюрлахер — дети тех, кто пережил Катастрофу, чудом спасся от нацистов, и их поступки во многом определяются прошлым родителей. Молодые люди, Макс и Сабина, встречаются в музее Анны Франк и влюбляются друг в друга, но вскоре Сабина неожиданно исчезает. Только через пятнадцать лет Макс снова встречает ее в компании со знаменитым голливудским продюсером. Она не объясняет, почему покинула Макса, но тот понимает, что за ее поведением кроется какая-то тайна, и начинает собственное расследование. Это история предательства и верности, слабости и стойкости, лжи и безответной любви.
подробнее >>