Тарелки красного цвета помогают похудеть, а хорошо подобранная музыка — залог удачного обеда. Сорок две удивительные истории о еде, которые помогают есть по-умному. Что формирует наши вкусы еще в утробе матери? Почему любители остренького — настоящие авантюристы? Зачем, делая заказ в ресторане, надо смотреть на размер талии официанта? И почему молочный коктейль помогает порой лучше медитации? Ловко жонглируя психологическими терминами и ссылаясь на именитых нейробиологов, Мелани Мюль и Диана фон Копп отвечают на эти и другие вопросы.

В «Дублинцах», сборнике рассказов, написанных в 1904−1907 годах, но изданных только в 1914-м, нам явлен великолепный мастер прозы. Пусть это еще не вполне тот Джеймс Джойс, который стал главой европейского модернизма — ведь пока не написан «Улисс» и даже «Портрет художника в юности» еще впереди, — однако автор уже пробует свою технику «потока сознания», и в этих опытах внутренняя жизнь героев представлена с необычайным проникновением. Сильнейшее влияние этой книги на литературу ХХ века отмечается множеством критиков и прозаиков, и подобно тому, как русские классики «вышли из гоголевской “Шинели”», можно утверждать, что англоязычная новеллистика вышла из «Дублинцев» Джеймса Джойса.
Настоящее издание предлагает читателям новый перевод этого сборника.

Книга «Человек ли это?» принесла итальянскому писателю Примо Леви (1919–1987) всемирную известность.

В двадцать четыре года он, выпускник Туринского университета, считавший себя итальянцем, был депортирован в Освенцим, как и тысячи европейских евреев. Знание немецкого языка,   потребность нацистов в химиках и счастливая судьба помогли Леви выжить.

После освобождения он написал первую книгу дилогии «Человек ли это?», которая  в Италии была названа Книгой века. О том, что происходило потом, рассказывает следующая книга дилогии «Передышка».

Прославленный и единственный роман Оскара Уайльда, более 30 раз экранизированный.
После публикации романа в 1890 году в британском обществе разразился скандал. Критики осудили произведение как безнравственное и требовали его запрета, однако читатели приняли с восторгом образ молодого аристократа, все грехи которого отражаются на портрете, сам же он остается юным красавцем с невинным выражением лица.