©ООО Издательство "Текст", 2018
е-mail: textpubl@yandex.ru


Уважаемые авторы! В связи с переполненностью редакционного портфеля издательство "Текст" до конца 2025 года прекратило принимать рукописи от авторов.  Сожалеем и до скорых встреч!
Серии издательства
"Билингва"
"Квадрат"
"1+1"
"Искусство..."
"Классика ХХ"
"Коллекция"
"Краткий курс"
"Однажды"
"Открытая книга"
"Первый ряд"
"Семейный роман"
"Это фантастика!"
5+5
"Проза еврейской жизни"
"Чейсовская коллекция"
"Классика"
"Ильфиада"
"Детская книга"
Вне серии





.

поиск >>
рецензии
контакты

«ТЕКСТ» — самое старое из новых издательств. Основано в 1988 году. Мы отдаем предпочтение добротным книгам, написанным в разное время, но по разным причинам так и не дошедшим до российских читателей. Мы не ограничиваем себя жанрами, а лишь стараемся, чтобы среди наших книг не было серых, или, как теперь говорят, «никаких». Вот, собственно, и вся наша издательская политика. Эта нехитрая затея — издавать те книги, что нам самим по душе, — нам до сих пор нравится. Нашим читателям вроде бы тоже.

Каталог
События



Генкин, Валерий
САНКИ, КОЗЕЛ, ПАРОВОЗ: роман

Серия "Открытая книга"

2011 год
2000 экз.
429 стр.

ISBN 978-5-7516-0948-1


Герой романа на склоне лет вспоминает детство и молодость, родных и друзей и ведет воображаемые беседы с давно ушедшей из жизни женой.

Воспоминания эти упрямо не желают складываться в стройную картину, мозаика рассыпается, нить то и дело рвется, герой покоряется капризам своей памяти, но из отдельных эпизодов, диалогов, размышлений, писем и дневниковых записей — подлинных и вымышленных — помимо его воли рождается история жизни семьи на протяжении десятилетий.

Свободная, оригинальная форма романа, тонкая ирония и несомненная искренность повествования, в котором автора трудно отделить от героя, не оставят равнодушным ценителя хорошей прозы.

Валерий Генкин (р. 1940) — прозаик и переводчик, живет в Москве.

…А теперь и спросить не у кого.
На это тебе и жалуюсь в первую голову. Все меньше, знаешь ли, думаю — что будет, все чаще тянет вспоминать — что было. Подробно, до пустяков, словечек деда, поворота головы одноклассницы, промелька маминой руки, дочкиного лепета, дребезга ложки в стакане железнодорожного чая. Трудная работа, а кто мог помочь — ушли. Почти все. Они теперь обходятся без меня, и это, скорее всего, не доставляет им никаких неудобств. Им я больше не нужен. Обидно, однако. Вот и ты ушла. Обрела свободу. И независимость. А я-то не свободен. Завишу — от памяти. Годы вымывают из нее мелочи, из которых, собственно, и состоит жизнь. Кое-что, конечно, осталось. Вот, скажем, карандашные метки на дверном косяке — мальчик растет. А вот плавки с тесемками сбоку, чтобы надевать их, не снимая трусов, — мальчик подрос… Или реклама: «На сигары я не сетую, сам курю и вам советую». Я тогда не знал, что такое «сетую», прочитывал с ударением на «у», получалось нескладно. Или вкус варенца на малаховском рынке. Или запах желтой бахромчатой страницы «Тружеников моря» — скучища, что-то там долго и нудно про приливы-отливы, но пахло замечательно. Нет, я, само собой, сопротивляюсь, подхлестываю память, тереблю — уж так стараюсь ухватить, и вытащить, и снова поселить в своем мире все эти тени, ощущения, вернуть им тепло, живую шероховатость — да то и дело застреваю, теряюсь, шарю по закоулкам, а там — темно. И спросить не у кого. Это мучает. И тоскою ложится в первую строку. Кузмин ли Цветаевой сказал, Цветаева ли Кузмину: мол, стихи пишут ради последней строчки. А тут — первая. Дело как бы сделано, дальше писать незачем. Или распишусь? Разговорюсь? Ты-то молчишь, но уж очень располагающе. Так славно молчишь, слушаешь. Слушаешь? Так вот, все ушли, кто помнил, и рассказ теперь получится — дыра на дыре. Все равно стоим в пробке? Ладно, слушай. Да и кто ж помешает эту строчку повторить? Как там Данте распорядился светилами?..
А сюжет? И чем все кончилось? Да бросьте, будто сами не знаете, чем все кончается. Других вариантов нет.

…Зато как хорошо начиналось! Дядька подхватил, посадил на верхнюю полку. Санки были красные-красные. Паровоз хоть и погудел, но не задавил. И с козлом обошлось.
На другие вопросы я сам хотел бы получить ответ, да вот беда: спросить решительно не у кого...

Назад в раздел

     Книги Текста на фестивале Красная площадь На фестиваль Красная площадь привезли бестселлеры из серий "Билингва", "Классика XX", "Семейный роман". Наши книги ждут вас на стенде Лабиринта, шатер 20 Художественная литература - с 4 по 7 июня.
     ТЕКСТ на non/fictio№27 Друзья, грядет non/fictio№27! Книги «Текста» в этом году будут на двух стендах. Наши взрослые бестселлеры – на стенде F-15. А книжки для детей ищите на стенде J-1. Обещаем приятные цены, скидки, особенно на детские книги. Ждем вас 4–7 декабря (с 11:00 до 21:00) в Гостином дворе (Ильинка, 4). Ваш ТЕКСТ
     Rassvet Book Fair 18-19 октября. Ждем вас! Если на этих выходных вы в Москве, приходите на Rassvet Book Fair — можно всей семьей, и даже с питомцами. Порыться в книжных развалах и найти ту самую книгу, а еще поговорить. Будут 75 российских издательств со своими новинками  и бестселлерами, художественная литература, нон-фикшн и детские книги — по издательским ценам.
Все выходные с 12:00 до 20:00.
Вход бесплатный, но, пожалуйста, зарегистрируйтесь на сайте ярмарки: https://dkrassvet.space/events/rassvet-book-fair-10/До встречи!
     Встреча на Московской книжной неделе 6 сентября, в 19:00, на Московской книжной неделе, поговорим о том, «Как мы торговали: история отечественного книгоиздания и книготорговли. К специальному изданию книги Михаила Осоргина».
В разговоре примут участие:
Борис Куприянов — соучредитель книжного магазина «Фаланстер»
Ольгерт Либкин — глава издательства «Текст»
Кирилл Маевский — исполнительный директор Ad Marginem, сооснователь Центра современной культуры «Смена».
Чтобы поддержать беседу, приезжайте в Переведеновский переулок 18 стр.3.
Программа Московской книжной недели: https://moscowbookweek.ru
     Книги о Коко Шанель — к празднику весны К празднику весны — книги о Коко Шанель собрал Егор Серов в своей библиотеке на ОТР. Книга «АРОМАТ ИМПЕРИЙ «ШАНЕЛЬ № 5» И «КРАСНАЯ МОСКВА» Эпизод русско-французской истории ХХ века» — о том, что у каждого времени свой аромат, свое благоухание. О Коко Шанель и Полине Молотовой, чьи судьбы связаны с этими духами, а также о Казимире Малевиче — создателе флакона популярного в СССР одеколона «Северный» — рассказывает книга немецкого историка и эссеиста Карла Шлёгеля. Подробнее: https://disk.yandex.ru/d/s7rZnMmEq-mZoA


Все события >>
Хорошие книги
АННЕЛИЗ
Гиллхэм, Дэвид

Роман Дэвида Гиллхэма «Аннелиз» написан в жанре альтернативной истории. Воображение автора представляет нам судьбу Анны Франк — ее дневник, написанный в Убежище, где Анна более двух лет пряталась от нацистов, известен во всем мире, — в предположении, что она не погибла в лагере смерти и вернулась в освобожденный от нацистов Амстердам. Изучив всю литературу об этой девочке, все доступные свидетельства очевидцев, Дэвид Гиллхэм рисует психологический портрет своей героини: она сложная, противоречивая и очень живая. Потерявшая всё и всех, кроме любимого отца и удивительного дара рассказчика, Анна снова учится жить и верить. И добиваться своего — уже не избалованной «папиной дочкой», а целеустремленной молодой женщиной. Готова ли она принять мирную жизнь и любовь ближних? А главное — простить. Других и в первую очередь саму себя.

подробнее >>
ИСПОВЕДЬ МОЕГО СЕРДЦА
Оутс, Джойс Кэрол

Семейный роман, хроника рода Лихтов от талантливой авантюристки восемнадцатого века Сары Лихт до бесславного конца этого рода в тридцатые годы века двадцатого. Абрахам, патриарх семейства, вырастил и слепил по своему образу и подобию целый выводок одаренных мошенников, жуликов и убийц, знатоков Игры, как он называет свою жизненную философию. Путешествуя по Америке, они мастерски обводят вокруг пальца доверчивых жертв, играя на их пороках. Абрахам вовлекает свою семью во все более запутанные и эффектные авантюры, в конце концов семейные узы оказываются столь же ненадежными, сколь его планы по надувательству наивных чужаков. "Поразительная изобретательность, бурный поток фантазии завораживает читателя..." - написала о романе "Дейли телеграф".

подробнее >>
ИЗБРАННЫЕ СОНЕТЫ И КАНЦОНЫ
Петрарка, Франческо

Сонеты и канцоны великого итальянского поэта Франческо Петрарки (1304–1374) – одна из недосягаемых вершин мировой поэзии. Собранные автором в единый свод, названный потомками «Канцоньере» («Книга песен»), они по сей день вызывают восхищение тонкой передачей лирического чувства и виртуозностью стиха. История русских переводов Петрарки, начавшаяся с Г.Р. Державина, продолжается и в XXI веке. В настоящем издании представлены новые, неизвестные русскому читателю переводы ста пятидесяти стихотворений Петрарки, выполненные Александром Триандафилиди. Семь из них впервые пополнят русский «Канцоньере».

подробнее >>
ТАИНСТВЕННЫЙ КОРРЕСПОНДЕНТ И ДРУГИЕ РАНЕЕ НЕ ПУБЛИКОВАВШИЕСЯ НОВЕЛЛЫ
Пруст, Марсель

Этот сборник новелл Марселя Пруста (1871–1922), одной из ключевых фигур в литературе XX столетия, издается на русском языке впервые. Перед нами уникальные в своем роде тексты — в них раскрывается совсем иной, незнакомый и прежде неведомый читателю Пруст. В конце 90-х годов XIX века Пруст, тогда еще начинающий литератор, пишет короткие тексты, в которых не только пытается освоиться с особенностями своего сексуального поведения, воспринимая его как патологию, но и развивает многие темы романа, который принадлежит к числу важнейших книг XX века, — эпопеи «В поисках потерянного времени». Этот редкостный корпус художественной прозы, обнаруженный в архивах Бернара де Фаллуа — одного из самых авторитетных исследователей творчества Пруста, — должен был войти в состав первой книги писателя, сборника «Утехи и дни» (1896). Но был отложен автором, по всей видимости, по причине чрезмерной интимности новелл.

подробнее >>
ГОРИЗОНТ
Модиано, Патрик

Нобелевская премия по литературе 2014 года присуждена одному из лучших прозаиков современной Франции – да и, наверное, не только Франции – Патрику Модиано.

Он написал более 30 романов, многие из которых удостоены самых престижных премий. Его голос негромок и всегда узнаваем, а стиль безупречен. Узнав о решении Нобелевского комитета, Модиано признался: «Это невероятно и вообще мало похоже на правду. Вспоминаю свое детство: когда Альбер Камю получил Нобелевскую премию, мне было лет двенадцать. Послушайте, это невероятно, когда тебя равняют с теми, кем ты всегда восхищался!»

подробнее >>
ДИДОНА
Клини, Мария

В сборнике три поэмы на мифологические сюжеты, три женских образа, трагических и страстных, — Дидоны, Кассандры и Медеи. В сильных строках Марии Клини звучит голос древних морей. Полны страданий речи карфагенской царицы. Непреклонна Кассандра в зареве горящей Трои. Ярится Медея. Время им нипочем. Они вечны, и не умолкают их голоса, дерзкие и любящие, гневные и кроткие — не то плеск, не то гром, не то шепот.
«Odi et amo».
подробнее >>