© ООО «Текст», 2018
e-mail: text@textpubl.ru





Уважаемые авторы! 
В связи с переполненностью редакционного портфеля издательство "Текст" до конца 2018 года прекратило принимать рукописи от авторов. 
Сожалеем и до скорых встреч!
Серии издательства
"Билингва"
"Квадрат"
"Искусство..."
"Коллекция"
"Краткий курс"
"Открытая книга"
"Проза еврейской жизни"
"Чейсовская коллекция"
"Классика"
"Ильфиада"
"Детская книга"
Вне серии





.

поиск >>
рецензии
контакты

«ТЕКСТ» — самое старое из новых издательств. Основано в 1988 году. Мы отдаем предпочтение добротным книгам, написанным в разное время, но по разным причинам так и не дошедшим до российских читателей. Мы не ограничиваем себя жанрами, а лишь стараемся, чтобы среди наших книг не было серых, или, как теперь говорят, «никаких». Вот, собственно, и вся наша издательская политика. Эта нехитрая затея — издавать те книги, что нам самим по душе, — нам до сих пор нравится. Нашим читателям вроде бы тоже.

Каталог
События



Генкин, Валерий
САНКИ, КОЗЕЛ, ПАРОВОЗ: роман

Серия "Открытая книга"

2011 год
2000 экз.
429 стр.

ISBN 978-5-7516-0948-1


Герой романа на склоне лет вспоминает детство и молодость, родных и друзей и ведет воображаемые беседы с давно ушедшей из жизни женой.

Воспоминания эти упрямо не желают складываться в стройную картину, мозаика рассыпается, нить то и дело рвется, герой покоряется капризам своей памяти, но из отдельных эпизодов, диалогов, размышлений, писем и дневниковых записей — подлинных и вымышленных — помимо его воли рождается история жизни семьи на протяжении десятилетий.

Свободная, оригинальная форма романа, тонкая ирония и несомненная искренность повествования, в котором автора трудно отделить от героя, не оставят равнодушным ценителя хорошей прозы.

Валерий Генкин (р. 1940) — прозаик и переводчик, живет в Москве.

…А теперь и спросить не у кого.
На это тебе и жалуюсь в первую голову. Все меньше, знаешь ли, думаю — что будет, все чаще тянет вспоминать — что было. Подробно, до пустяков, словечек деда, поворота головы одноклассницы, промелька маминой руки, дочкиного лепета, дребезга ложки в стакане железнодорожного чая. Трудная работа, а кто мог помочь — ушли. Почти все. Они теперь обходятся без меня, и это, скорее всего, не доставляет им никаких неудобств. Им я больше не нужен. Обидно, однако. Вот и ты ушла. Обрела свободу. И независимость. А я-то не свободен. Завишу — от памяти. Годы вымывают из нее мелочи, из которых, собственно, и состоит жизнь. Кое-что, конечно, осталось. Вот, скажем, карандашные метки на дверном косяке — мальчик растет. А вот плавки с тесемками сбоку, чтобы надевать их, не снимая трусов, — мальчик подрос… Или реклама: «На сигары я не сетую, сам курю и вам советую». Я тогда не знал, что такое «сетую», прочитывал с ударением на «у», получалось нескладно. Или вкус варенца на малаховском рынке. Или запах желтой бахромчатой страницы «Тружеников моря» — скучища, что-то там долго и нудно про приливы-отливы, но пахло замечательно. Нет, я, само собой, сопротивляюсь, подхлестываю память, тереблю — уж так стараюсь ухватить, и вытащить, и снова поселить в своем мире все эти тени, ощущения, вернуть им тепло, живую шероховатость — да то и дело застреваю, теряюсь, шарю по закоулкам, а там — темно. И спросить не у кого. Это мучает. И тоскою ложится в первую строку. Кузмин ли Цветаевой сказал, Цветаева ли Кузмину: мол, стихи пишут ради последней строчки. А тут — первая. Дело как бы сделано, дальше писать незачем. Или распишусь? Разговорюсь? Ты-то молчишь, но уж очень располагающе. Так славно молчишь, слушаешь. Слушаешь? Так вот, все ушли, кто помнил, и рассказ теперь получится — дыра на дыре. Все равно стоим в пробке? Ладно, слушай. Да и кто ж помешает эту строчку повторить? Как там Данте распорядился светилами?..
А сюжет? И чем все кончилось? Да бросьте, будто сами не знаете, чем все кончается. Других вариантов нет.

…Зато как хорошо начиналось! Дядька подхватил, посадил на верхнюю полку. Санки были красные-красные. Паровоз хоть и погудел, но не задавил. И с козлом обошлось.
На другие вопросы я сам хотел бы получить ответ, да вот беда: спросить решительно не у кого...

Назад в раздел

     С Новым годом! Дорогие друзья «ТЕКСТА»! С НАСТУПАЮЩИМ!!!
Пусть Новый год принесет удачу всем вашим начинаниям! И пожелайте того же нам!
Этот год для нас юбилейный. Издательству «Текст» исполняется 30 лет! А это значит, что у нас будет много поводов встретиться, вспомнить все самое яркое и, надеемся, порадоваться новым удачам. И здоровья-здоровья-здоровья вам и вашим близким!
Ваш «ТЕКСТ»

     Может ли литература предсказывать события? О чем беседовал с Пьером Байяром, "одним из самых интересных интеллектуалов нашего времени", Константин Мильчин: http://expert.ru/russian_reporter/2017/22/knigi/
     Поэзия Чеслава Милоша - в Фонтанном Доме Двуязычную книгу "На берегу реки" нобелевского лауреата Чеслава Милоша представит переводчик Никита Кузнецов в Музее Анны Ахматовой в Фонтанном Доме, в галерее "Сарай" - 14 декабря в 18.30. Ч.Милош - один из столпов польской литературы, которого И.Бродский назвал своим "магнитным полем". Книга вышла в серии «Билингва», где публикуются лучшие переводы мировой поэзии — как классической, так и современной: http://www.textpubl.ru/books/98/
     Интервью с гостем non/fiction Пьером Байяром С французским писателем, литературоведом и публицистом ПЬЕРОМ БАЙЯРОМ беседовала Наталья Кочеткова, Lenta.ru: https://lenta.ru/articles/2017/12/12/bayard/
     Что полезного купить на нон-фикшн "Титаник утонет" Пьера Байяра - среди книг, которые советует шеф-редактор портала ГодЛитературы.РФ Михаил Визель: https://godliteratury.ru/projects/fikshn-non-fikshn-i-ne-poymi-chto-25-knig-n

Все события >>
Хорошие книги
МАРК ШАГАЛ
Уилсон, Джонатан

Американский писатель Джонатан Уилсон блестяще показывает, что жизнь гениального Марка Шагала — это грандиозное полотно, на котором пылающими красками изображена история еврейского народа в ХХ веке.

Магия личности художника и его творчества производит огромное впечатление на ценителей живописи во всем мире.

подробнее >>
ЛАПСЕРДАК ИЗ ЛОСКУТОВ
Полищук, Рада

Новая книга известной российской писательницы Рады Полищук, продолжение саги о судьбе российского еврейства, попавшего в гигантскую мясорубку двадцатого века.

Первые книги этой саги – «Одесские рассказы, или Путаная азбука памяти», «Семья, семейка, мишпуха. По следам молитвы деда».

Лапсердак из лоскутов. А из чего еще можно сшить лапсердак – символ утраченного времени, если нет единого куска ткани, если даже самая прочная и самая невесомая в мире ткань – ткань воспоминаний – зияет гигантскими прорехами?

Словно лучом прожектора выхватывает писатель из тьмы забвения судьбы своих персонажей, полные тревог, радостей, печалей, мужества противостояния и веры.

подробнее >>
СТИХОТВОРЕНИЯ
Уайльд, Оскар

Оскар Уайльд (1854—1900) известен в России прежде всего как автор блестящих драматических произведений, романа «Портрет Дориана Грея», сказок, притч и многочисленных афоризмов. Между тем творчество его начиналось с поэзии: в 1878 году еще студентом он завоевал престижную премию Оксфордского университета за поэму «Равенна» — и закончилось знаменитой «Балладой Редингской тюрьмы», написанной после освобождения из заключения.

подробнее >>
БЫЛ ЦЕЛЫЙ МИР — И НЕТ ЕГО... Русская летопись Лазурного Берега
Носик, Борис

Строка из стихотворения Георгия Иванова, ставшая заголовком этой книги, очень точно отражает ее дух и смысл: лучшие сыны и дочери России упокоились вдали от родины — и, как правило, не по своей воле. О тех, кто похоронен на многочисленных русских кладбищах юга Франции, — последняя книга Бориса Михайловича Носика (1931—2015), тонкого ироничного прозаика, летописца русской эмиграции во Франции, автора множества биографий, включая жизнеописания Ахматовой, Модильяни, Набокова, Бенуа, Жуковского, Швейцера. Фото в книге – из семейного архива автора.

подробнее >>
ОДНАЖДЫ НОЧЬЮ
Модиано, Патрик

Патрику Модиано, лауреату Нобелевской премии, одному из самых известных французских писателей, в этом году исполняется семьдесят. Модиано создал более тридцати романов, почти все они автобиографичны. Роман «Однажды ночью» — очередная дверь в мир его книг, в сотканное писательским даром Модиано пространство Парижа. Блуждая по парижским улицам в поисках девушки, чье лицо мелькнуло перед ним в ночь автомобильной аварии и которая так похожа на образы его детства, герой следует за нитью воспоминаний и пытается сшить разрозненные лоскуты своей жизни.

подробнее >>
ДОЧЬ: роман
Дюрлахер, Джессика

Роман «Дочь» был издан в Голландии тиражом более 140 тысяч экземпляров и переведен на многие языки мира.
Герои романа Джессики Дюрлахер — дети тех, кто пережил Катастрофу, чудом спасся от нацистов, и их поступки во многом определяются прошлым родителей. Молодые люди, Макс и Сабина, встречаются в музее Анны Франк и влюбляются друг в друга, но вскоре Сабина неожиданно исчезает. Только через пятнадцать лет Макс снова встречает ее в компании со знаменитым голливудским продюсером. Она не объясняет, почему покинула Макса, но тот понимает, что за ее поведением кроется какая-то тайна, и начинает собственное расследование. Это история предательства и верности, слабости и стойкости, лжи и безответной любви.
подробнее >>